Шаблон-новости

«Миитовская весна». День 2. Репортаж очевидца.

Краткое содержание предыдущего репортажа.
Вследствие неосторожно высказанного желания и безотказного функционирования шумерской магии один из первых студентов Императорского Московского инженерного училища ведомства путей сообщения попадает в 2016 год, на отборочные концерты студенческой весны в МИИТе. Он шокирован, его мысли путаются, он видит много необычных для себя вещей, но в виду определённых ограничений сверхъестественного свойства вынужден оставаться на месте и смотреть все концерты с различной степенью удовлетворения. Подробнее здесь.

ИЭФ
Институт экономики и финансов начинает концерт с фильма, в коем показано, как пара студентов идёт на концерт, а в конце картины, что самое чудесное, эти самые студенты натурально зашли в залу и уселись в креслах. Сперва я удивился, а потом подумал, что, когда на концерт опаздываешь, надо как-то скромнее заходить в залу, а не фанфаронить у всех на виду.

Первым номером концертной программы была музыкальная композиция, исполненная Ольгой Сиухиной на фортепьяно. На экране меж тем демонстрировались кадры исторической хроники, на одном из которых я на мгновение увидел себя! А может кто-то очень похожий был, слишком уж быстро промелькнул.
После этого три девицы, Александра Гладкова, Дарья Шмакова и Ксения Майорова станцевали под красивую народную песню. Вот только танцевали они в ночных рубашках. Почему так, зачем? Никак в толк не возьму.

А ведущие вечера, Кристина Безверхая и Илья Поскряков, рассказали о Доме культуры МИИТа, в который меня занесло, упомянув ещё и советских комсомольцев. Не первый раз слышу об этих людях в будущем, но кому они что советовали и что мололи, я так и не понял.
Миниатюрная Карина Ибрагимова и её партнёр Николай Токарев показали отрывок из какой-то комедийной пьесы о левше и его Машке. Не совсем понятно, откуда у деревенской девки Машки взялся веер, но поболе того удивительно, что Николай Токарев часть действия играл, сидя на краю сцены. Никак театральное новаторство будущего. А вообще как-то очень уж долго это действо длилось.

Уже по традиции концерт в какой-то момент перешёл на тему войны. На этот раз ведущие сказали и год её начала – 1941-й. До него-то я может и не дотяну ещё. Наталья Федотова поёт красивую песню об ожидании. Не разучится русский народ в будущем песни сочинять.

О войне же долго говорить не стали на этот раз. Ведущие напомнили, что после неё МИИТ сразу стал готовить квалифицированных специалистов, и на сцену с лихим казачьим танцем вышли Анастасия Жигалова и Павел Капля. Связь мне не очень понятна, но, может, в столицу после войны побольше казаков нагнали для успокоения всяческого рода ненадёжных элементов общества. Танец же и в самом деле лихой, публика даже прихлопывать стала. Кстати, о ней, о публике. Видать в будущем много концертов, цирков, водевилей и прочих увеселительных мероприятий, раз уж на них так мало народу собирается. В наше время на такое зрелище отбоя бы не было от людишек самого разного пошиба. А тут хоть ложись на кресла, сколько их свободных остаётся. Али эпидемия какая, чахотка?

После очередной исторической фильмы, а что историческое, а что современное, я стал понимать по цветастости киноплёнки, Алина Мамлясова спела песню о людях, которые теряют и находят друг друга. Хороша песня, любо. И певица голосиста. И платье красное, хоть и коротко, а понравилось. Когда исподнего не видать, тогда терпимо. А коли в будущем никого голые женские ножки не смущают, то чего бы и мне не полюбоваться?

Про исподнее-то это я к тому, что вслед за Алиной целый девичий коллектив принялся отплясывать очень уж сильно стилизованный народный танец. Мало того, что в музыку какие-то дурные звуки «тыц-тыц» подмешали, так плясуньи-то в совсем уж срамных ночных рубашках выступали. Там же не только ножки, но и, прости Господи, панталоны видать! Ой не знаю, как такое родители да профессора допускают, да и как сами студентки со стыда не горят? Не могу понять, хоть убей.

Далее ведущие сказали, что в МИИТе всегда заботятся о сохранении традиций, и концерт продолжился сразу двумя минорными песнями. Погрустить-то оно русскому человеку тоже иногда надыть. Но в наше время в училище пока только две традиции: танцы и кабак. Оно потом, может, и погрустнее жизнь у студента пойдёт, но я к тому времени, дай Бог, уже на паровозе служить буду.

К тому времени в конец одолели меня долгие паузы между песнями да плясками. На других концертах скоренько всё было, а тут раз за разом тянули кота за хвост. Но до конца ждать и недолго оставалось. Дарья Кулакова прочитала стихотворение о МИИТе, а Мириам Акопян спела песню сомнительных поэтических достоинств о новом поколении и будущем страны. На том и зааминили.

ИУИТ
Понятия не имею, что такое информационные технологии, но Институт управления и информационных технологий в структуре МИИТа в будущем есть. И концерт его начался с театрализованной сценки, где на голову профессору падает внушительных размеров фолиант, в результате чего привиделся ему Его Императорское Величество Николай Александрович собственной персоной. И тут я заподозрил, что Россия в будущем уже не империя. Ведь невозможно такое даже в театральной постановке, чтобы Его Императорское Величество обратились к кому-то «государь мой». Сам он всем государь. Попутать такое могли бы только республиканцы, либералы или ещё какие фармазоны без царя в голове и государстве. И живёт Россия в будущем по какому-нибудь американскому образцу, а Романовы содержатся на почётном пансионе.

А пока размышлял я, на сцене уже отпели своё и Вардуи Геворгян, и Александра Мокрова, и Анатолий Сорокин с Никитой Макаровым. Знатно пели, с душой, потока скорбных мыслей моих не прерывая. Но в будущее надо смотреть с оптимизмом, потому вновь сосредоточился я на концерте студенческом. А на сцене во всю пляшет наша братия под песню «Дай пять». Ладно пляшет, бодро да весело. Только не понял я пять чего просят дать в той песне.

Там, где царь, там и ясность. Даже если царь театральный. В предыдущих концертах все говорили про БАМ какой-то, а что это за БАМ – не понять. А тут расшифровали – Байкало-Амурская магистраль. Вона куда железные дороги дойдут! Аж гордость берёт.
А на сцене вновь Анатолий Сорокин. На этот раз я его песню внимательно послушал. «Как молоды мы были». Хорошая песня, сильная. Даже студентам это понятно, хоть и не пожили ещё. А иначе откуда в зале крики «браво» и «молодец»?

После него Фёдор Милютин с баяном да товарищами коротенько так, один куплет всего, спел известную казачью песню «Ойся, ты ойся». А раз в будущем её ещё поют, так значит балуют периодически чеченцы да ингуши на границах России, империя она или республика какая. До чего ж неспокойный народ эти горцы.
Не успели парни со сцены уйти, как явилась к ним Яна Дергилёва с милой, как она сама, песней о весне. А за ней неугомонный господин Сорокин заводит песню о некоем яростном стройотряде. Что конкретно эти отряды строили по тексту сложно сказать, но мелодия и исполнение духоподъёмные. С такой песней и на работу, и в кабак сподручно идти.

В нужный черёд Михаил Кобаидзе, игравший Николая Второго, выйти в образе императора не смог, так как только что отплясывал кадриль. Но голоса его и Сергея Ермакова, «профессора», из-за кулис принесли мне ошеломительную весть. Оказалось, что война та с немцем, о которой на всех концертах вспоминали, называлась Второй мировой. А была до неё и первая, ещё на памяти Николая Александровича. То весть не добрая. До этой-то войны я точно доживу. Но ничего. Не посрамим русский дух! Постоим за веру, царя и Отечество! И за генерала Сталина, если надо будет.

Очередная волна несладких мыслей отвлекла меня от концерта. Очнулся на танце «Обелиск». Уж больно он наглядный был. О войне опять же. После танца заслуженные аплодисменты сорвал своим стихотворением Александр Милаев. Да и Олег Покусаев со своей песней о героическом машинисте поезда не подвёл. Вообще сказать, по исполнительскому мастерству институт управленцев всех перещеголял. Генеральная повествовательная линия, может быть, и страдала, но все номера сильные были. Даже когда совсем уж до оголения женских пупков дошло в танце Алёны Смирновой с Антоном Юрусовым, я уже как-то и не на то смотрел, а на хороший танец. Оно, если так подумать, искусство штука такая, что можно ведь и не то что в неглиже танцевать, а и вовсе без порток, но коли танец хорош будет, то на искусство хореографическое смотреть будешь, а не на телеса. Кто его знает, может быть через 500 лет совсем голые люди плясать будут, а я тут пупкам да ножкам дивлюсь. Да чего это я? Брешут, что в Париже, в кабаре «Мулен Руж» уже и в нашем 19 веке совсем донага танцовщицы раздеваются. Но, думается, брешут. Да и одно дело кабаре, а другое дело приличные студенты.

Закончился концерт более для меня привычными номерами: оперным вокалом и бальными танцами. А уж совсем под конец ещё и оркестр грянул. Хорош финал. И все артисты на поклон вышли. А я-то уж думал, что в будущем так не делают. На других концертах не делали.

РНИ
Мыслю я так, что Россия победила Германию во Второй мировой войне и присоединила её к себе, как Польшу и Финляндию до того. А иначе что за странное название для учебного заведения — Русско-немецкий институт? В плане постановки концерта он чем-то повторил театральную историю ИУИТа. У тех профессору талмуд на голову упал, у этих студенту-лодырю привиделся сон. Но если профессор концерт помогал вести, то студент дрых от начала и до конца почти. Одно слово – лодырь.
Проблемы с техникой начались сразу и не прекращались на протяжении всего концерта, который был настолько короток, что сразу после начального бала последовали номера о войне. Сразу три сольных минорных номера. Из них особливо хочется сказать о стихотворении, прочитанном Ангелиной Бородиной. Прекрасное стихотворение, за душу берёт, слезу на глаз наворачивает. И оформление номера на экране не смогло его испортить, хотя любому понятно, что газетный призыв шире развивать индивидуальное огородничество здесь был – не пришей кобыле хвост.

Далее Надежда Курганова спела уже знакомую мне песню «Оттепель». Видать, популярна она в будущем. А следующий номер вновь выбил меня из колеи. Хотя я вроде бы уж попривык к необычностям грядущего. Павел Артемьев в кожаной куртке на голое тело пел пафосную песню самовлюблённого ковбоя. Уровень самолюбования в тексте песни превысил все рамки приличий и скромностей, да ещё и девушки вульгарно одетые вокруг певца вились, куртку с него стягивали. Экая пошлость! Я очень много чего не понимаю в будущем. В этот ряд теперь ещё встал вопрос о том, что же такого примечательного может видеть в себе пастух из американских прерий? Чай, не скотопромышленник и не фабрикант даже, пастух пастухом – ковбой.

А завершился концерт показом кинофильма о том, как готовились к оному концерту. В чём подготовка заключалась из картины не понятно, но хоть участников представили текстом. Больше мне пользы было от Виолетты Ильницкой, режиссёра концерта, которая сообщила, что в МИИТе ныне учится 17 тысяч человек. Однако! На том и закончилось.

Продолжение следует…

Андрей Козлов


Смотрите также:

Поделись!

Напишите комментарий

 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *